"Песни птицы Гамаюн". часть 2.

Часть 2. Продолжение (Начало:Часть 1)

Клубок десятый. Как родился Дажьбог сын Перуна и Роси, как победил он Перуна

- Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
О рожденьи Дажьбога прекрасного,
Сына бога Пеpуна могучего
И прекрасной русалки Роси.

И о битве Дажьбога с отцом своим,
Как они боролись-братались,
Расскажи о победе дажьбожеей!
- Ничего не скрою, что ведаю…

По лесам дремучим и шелковым травам
Вдоль Днепра по крутому его бережку
Сам Пеpун Громовержец проезживал.
На другом бережку его девы-русалки

Пели песни, пуская венки по волнам.
А одна красна девушка смелой была,
Она спела Перуну, пуская венок:
- Если б кто, добрый молодец, Днепр переплыл,

Поборол бы его многомощный поток –
За того добра молодца вышла бы замуж,
Будь он стар, будь он молод,
Беден, или богат.

Поднял брови густые могучий Пеpун
И заслушался песней русалки Роси.
Загорелась тут в жилах перуновых кровь,
Удалая вскружилась его голова.

Он снимал с себя всю одеженьку
И кидался-бросался в могучий Днепр.
Он поплыл через Днепр сизым гоголем.
Переплыл через первую струечку,

И вторую струю без труда переплыл,
Третья струйка тут взволновалась,
Закрутила Пеpуна грозного –
И отбросила вновь на крутой бережок.

Тут промолвил Перуну могучий Днепр:
- Громовержец Пеpун, многомощный бог!
Ты не плавай, Пеpун, по моим волнам,
Мои волнушки все свирепые:

Струйка первая – холодным хладна,
А вторая струя - как огонь сечет,
Третья струечка заворачивает.
Вновь Пеpун бросался в могучий Днепр.

Днепр вновь Пеpуна отбрасывал,
Как отбрасывал - приговаривал:
- Не видать тебе моей дочери!
Не гневи, Пеpун, Рода батюшку,

Ладу матушку богородицу
И жену свою - Диву грозную!
Тут запела Рось песнь печальную:
- Видно нам с тобою не встретиться.

Видно мне, рябинушке тонкой,
Век качаться одной у речки
Далеко от высокого дуба!
Крикнул тут Роси мощный бог Пеpун –

Раскатился гром по подоблачью:
- Не могу переплыть я могучий Днепр,
Не могу я стать твоим мужем, Рось!
Но прошу я тебя - стань у берега,

Стань у камешка у горючего,
Покажи лицо свое ясное!
Встала Рось у камня горючего,
Показала лицо свое ясное.

Тут снимал Пеpун лук тугой с плеча,
Натянул тетивочку шелковую –
И пустил стрелу позлаченую.
И сверкнула стрела, будто молния,

Раскатился тут в поднебесье гром.
Рось тогда укрылась за камешком –
И стрела ударила в камешек.
И возник в бел горючем камешке –

Образ огненный, человеческий.
И тогда закричал мощный бог Пеpун:
- Высечь сына тебе из камешка
Лишь Свaрог небесный поможет,

Призови Сварога небесного!
Так сказал Пеpун и поехал прочь.
Призвала Рось Сварога небесного.
Трое суток он камень обтесывал,

Бил по камню горючему молотом.
Так родился Дажьбог Тарх Пеpунович –
Его ноженьки все серебряные,
Его рученьки - в красном золоте,

Во лбу Солнце, в затылке - Месяц,
По косицам его звезды частые,
За ушами его - зори ясные.
И сказал Дажьбогу великий Свaрог:

- Нужен конь тебе богатырский,
Чтобы бегал быстрее ветра,
Чтоб летал он быстрее птицы,
Чтоб ты мог на нем целый год скакать!

Ты ступай, Дажьбог, ко высоким горам,
Ты ступай к пещере глубокой.
За двенадцатью дверями железными,
За двенадцатью запорами медными,

В той пещере стоит богатырский конь,
Цепью тяжкой к столбу прикованный.
Разломай эти двери железные –
Конь услышит тебя и сорвется с цепей,

Удержать тогда ты коня сумей!
И пошел Дажьбог ко высоким горам,
И нашел пещеру глубокую,
Стал разламывать дверь железную.

Тут услышал его богатырский конь
И, заржав, сорвался с цепей своих,
Разломал все двери железные
И хотел на волюшку вырваться.

Тарх Дажьбог на коня того вскакивал
И обуздывал его, и оседлывал.
И спросил Дажьбог: - Кто меня сильней?
Кто смелей меня? Кто хитрей меня?

Есть быстрее ли конь - моего коня?
И сказала Дажьбогу матушка:
- Я бы рада была б уродить тебя
Смелостью в Пеpуна грозного,

В Святогора могучего силою,
Ну а хитростью в Волха Змеевича,
Но не так было Макошью связано.
Но и ты хорош, молодой Дажьбог,

И тебе нельзя на судьбу пенять!
Был Дажьбог великий на возрасте,
Словно сокол ясный на возлете.
Научился узлы он завязывать,

Научился клубки он прочитывать,
И играть на гуслях яровчатых,
Славить бога Сварога небесного,
И Семаргла, и Рода-Пращура.

Научился он бою грозному,
Научился с крутой и с носка спускать.
На крутую он хаживал горочку,
И кричал, и звал зычным голосом:

- Даст ли мне Свaрог поединщика,
Чтоб под стать был мне он по силушке?
И пошла про Дажьбога славушка –
И великая слава, немалая,

Да по всем городам и украинам,
Доходила она до Рипейских гор,
И до сада Ирия светлого,
До Пеpуна - бога могучего.

Громовержец Пеpун собираться стал,
Обуздал коня - Бурю грозную,
Брал и стрелы свои золоченые,
Брал свою булатную палицу.

Конь его бежит - Мать Земля дрожит,
Изо рта пламя пышет, из ушей дым валит.
У коня Пеpуна жемчужный хвост,
Его гривушка золоченая,

Крупным жемчугом вся унизанная,
А в очах у него камень маргарит,
Куда взглянет он - все огнем горит.
Сотворились тогда чудеса –

Растворились тогда небеса.
И поехал Пеpун да на Буре-коне,
Золотою главой потрясая,
В небо молнии посылая.

И спустился он в чисто полюшко,
И поехал он чистым полюшком,
Грудь свою копьем ограждая
И небесный закон утверждая.

С гор на горы он перескакивал,
Он с холма на холм перемахивал,
Мелки реченьки промеж ног пускал.
Переехал он лесушки темные,

Переехал поля Сарачинские,
До Днепра доехал могучего.
Мать Земля под ним сотрясалась,
Во Днепре вода всколебалась,

В поле травушки приклонились.
Услыхала Рось поступь грозную
И сказала Перуну могучему:
- Уж ты здравствуй, Пеpун сын Cварожич, бог!

- Что ж - ты знаешь меня и по отчеству?
- Как Орла не узнать мне по вылету,
Не узнать как Пеpуна по выезду?
И еще ему Рось промолвила:

- Ой, ты гой еси, грозный бог Пеpун!
Ты не вспыльчив будь, а будь милостив:
Ты Дажьбога найдешь в чистом полюшке,
Не сруби у сыночка головушки.

Мой сынок Дажьбог молодешенек,
Он на буйные речи заносчивый,
И в делах своих неуступчивый.
Выезжал Пеpун в чисто полюшко,

Выезжал на холм на окатистый,
На окатистый холм, на угористый –
И увидел: с восточной сторонушки
Едет Тарх-Дажьбог на лихом коне.

Мечет он булатную палицу
Чуть пониже ходячего облака,
А другою рукой прихватывает,
Как пером лебединым поигрывает:

- Ай ты, палица моя, ты булатная!
Нет мне равного поединщика,
На горе ли крутой, в чистом полюшке.
Говорил ему Громовержец:

- Уж те полно, царь, потехаться,
Похваляться пустыми словами!
Уж мы съедемся в чистом полюшке,
Мы поборемся-побратаемся –

Да кому Род небесный поможет?
Ото сна будто Тарх пробудился,
Повернул коня он лихого,
И съезжался с Перуном во полюшке.

То не горушки в поле сталкивались,
То столкнулись два бога могучих.
Тут поднял булатную палицу
Сын Сварога Перун-гомовежец,

Ударял той булатной палицей
По щиту Дажьбога могучего –
На три части распался дажьбожий щит,
На три части сломилась палица.

Вновь разъехались в чистом полюшке,
Сшиблись копьями долгомерными –
И сверкнули они, будто молнии.
Только копья те посгибалися,

На три части они обломались.
Ударялись и саблями острыми –
На три части сломились сабельки.
Как они боролись-братались –

Содрогалася Мать Сыра Земля,
Расплескалось и море синее,
Приклонилися все дубравушки.
Над Землей всколебался небесный свод,

Под Землей шевельнулся и Юша-Змей.
Тут сходили они со могучих коней,
Опускались на Матушку Землю.
Стали биться они врукопашную.

Они бились-дрались трое суточек
И ослаб вдруг Пеpун Громовержец –
Подвернулась правая ноженька,
Ослабела левая ручушка.

Пал Пеpун на Землю Сырую,
А Дажьбог ему сел на белую грудь:
- Ты скажи, бог могучий, как имя твое,
Назови свое имя-отчество, -

Так сказал Дажьбог поединщику.
- Я приехал из Ирия светлого,
Я Пеpун Громовержец Сварога сын.
Тут вскочил Дажьбог с его белых грудей,

Брал Пеpуна за белые ручушки:
- Ты прости меня за такую вину,
Что сидел у тебя я на белых грудях!
Встань, Пеpун, - ты родимый мой батюшка!

Помирились они, побраталися,
И вскочили они на буланых коней,
И ко Роси поехали матушке.
Говорил тогда молодой Дажьбог:

- Ой, ты, Рось - родимая матушка!
Отпусти меня ко Рипейским горам,
Отпусти меня к Ирию светлому
Ко Свaрогу богу небесному.

Попрощался Дажьбог с Росью матушкой
И поехал с Перуном к Ирию.

Клубок одиннадцатый: Как Дажьбог женился на Златогорке, как успела она.

- Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
Как женился Дажьбог сын Пepунович
На младой Златогорушке Виевне.
- Ничего не скрою, что ведаю…

Хороша поездка в чистом полюшке,
Хороша пробежка лошадиная.
Видно, где Дажьбог на коня вскочил,
Да не видно, где в стремена вступил –

Только видно в полюшке пыль столбом.
Тут увидел Дажьбог - в чистом полюшке
Поляница-наездница едет.
- Что за чудо-чудесное во поле?

Поляница во полюшке едет,
А под нею конь, будто лютый зверь,
А сама-то спит крепко-накрепко.
Тут вскричал Дажьбог зычным голосом:

- Ой, да ты, поляница могучая!
Спишь ты впрямь, или ты притворяешься?
Не ко мне ли ты подбираешься?
Поляница ж молчит - не ворохнется.

Разгорелось тут сердце дажьбожее –
Взял Дажьбог булатную палицу,
Ударял поляницу могучую.
Поляница ж сидит - не ворохнется,

На Дажьбога она не оглянется.
Ужаснулся Дажьбог и отъехал назад:
- Видно, смелости во мне все по-старому,
Только силы во мне не по-прежнему!

Видит он - дуб стоит в чистом полюшке.
Наезжал на него Тарх Пepунович
И ударил булатною палицей –
И расшиб сырой дуб на щепочки.

- Значит, силы в Дажьбоге по-старому,
Видно, смелость во мне не по-прежнему!
Разъезжался Дажьбог сын Пepунович,
Вновь наехал на ту поляницу –

И ударил ее в буйну голову.
Поляница ж сидит - не ворохнется,
На Дажьбога она не оглянется.
Ужаснулся Дажьбог и отъехал назад:

- Видно, смелости во мне все по-старому,
Только силы во мне не по-прежнему!
Видит он - скала в чистом полюшке.
Наезжал на нее Тарх Пepунович

И ударил булатною палицей –
И разбил на мелкие камешки.
- Значит, силы в Дажьбоге по-старому,
Видно, смелость во мне не по-прежнему!

Разъезжался опять Тарх Пepунович,
Вновь наехал на ту поляницу он
И ударил ее в буйну голову,
И отшиб себе руку правую.

На коне поляница сворохнулась,
На Дажьбога она тут оглядывалась:
- Я-то думала - мухи кусаются,
Оказалось - то добрый молодец!

Ухватила Тарха Пepуновича
Поляница за желтые кудри,
Подняла с конем богатырским,
Опустила его во хрустальный ларец,

А ларец запирала ключиком.
И поехала снова к Рипейским горам.
Едет целый день вплоть до вечера,
Едет темную ночь до рассвета.

А на третьи сутки могучий конь
Стал под нею брести-спотыкаться.
Она била его плеткой шелковой:
- Ах ты, волчья сыть, травяной мешок,

Ты чего подо мной спотыкаешься?
Тут ответил ей богатырский конь:
- Поляница ты удалая,
Златогорка дочь Вия подземного!

Ты прости уж меня, хозяюшка,
Третьи сутки иду я без отдыха,
И везу двух могучих всадников,
Вместе с ними коня богатырского.

Богатырь тот силой слабей тебя,
Ну а смелостью посильней тебя!
Тут опомнилась Златогорка,
Вынимала хрустальный ларчик,

Отпирала его золотым ключом,
Вынимала Дажьбога Пepуновича
Из ларца за желтые кудри:
- Ах, удалый ты, добрый молодец!

Сделай ты великую заповедь,
Ты возьми-ка меня в замужество.
Будешь жить тогда ты по-прежнему.
Коль откажешься - знать тебе не жить.

На ладонь положу, а другой прижму –
Только мокренько между ладошками будет!
- Златогорка, дочь Вия подземного!
Отпусти ты меня жить по-прежнему,

Я согласен на заповедь вечную,
Я приму с тобой золотой венец!
И поехали они да не в чисто поле,
А поехали ко Рипейским горам,

Ко тому ли Ирию светлому.
Встретил их Свaрог с Ладой-матушкой.
И спросил Свaрог Златогорушку:
- Ты кого привезла, Златогорушка?

- Привезла я могучего витязя
Удалого Тарха Пepуновича,
Скуй, Свaрог, нам свадьбу небесную!
Приняли Дажьбог с Златогоркою

Золотые венцы свароговы,
Стали вместе они коротать свой век.
Далеко-далеко в чистом поле
Поднималась пыль и стелилась ковыль.

Проезжали там добрый молодец –
Молодой Дажьбог сын Пepунович
И удалая поляница:
Златогорка - дочь Вия подземного.

Они ехали ко святым горам,
Ко высоким горам Араратским.
Ехали они много времени,
Подъезжали они ко Святой горе.

Находили тут чудо-чудное,
Чудо-чудное - диво-дивное,
Площаницу нашли огромную.
А на ней надписана надпись:

"Тот в гроб ляжет – кому
В нем лежать суждено".
Тут спустились они со могучих коней
И ко гробу тому наклонились.

И спросила тогда Златогорушка:
- А кому в этом гробе лежать суждено?
Ты послушай меня, милый муж Дажьбог,
Ты ложись-ка в гроб да примеряйся,

На тебя ли гроб этот вырублен?
Тут ложился Дажьбог в тот огромный гроб,
Только гроб ему не поладился –
Он в длину длинен, в ширину - широк.

- Ты Дажьбог могучий, Пеpуна сын,
Выйди ты из гробницы той каменной.
Я теперь прилягу, примеряюсь.
И легла Златогорушка в каменный гроб.

Златогорке гроб тот поладился –
Он в длину по мере, в ширину как раз.
И сказала тогда Златогорушка:
- Ай, же ты, Дажьбог, мой любезный муж,

Ты покрой-ка крышечку белую,
Полежу я в гробу, полюбуюся.
Отвечал Златогорке могучий Дажьбог:
- Не возьму, Златогорка, я крышечки,

Шутишь шуточку ты немалую,
Ты себя хоронить собираешься.
Тут взяла Златогорушка крышечку
И закрыла ею свой каменный гроб.

Захотела поднять - и не может:
- Ай, же ты, Дажьбог сын Пepунович,
Мне в гробу лежать тяжелешенько,
Ты открой скорей крышку белую,

Ты подай мне свежего воздуха.
Взял Дажьбог ту крышечку белую –
Только крышечка не поднялася,
Даже щелочка не открылася.

И сказала ему Златогорушка:
- Ты разбей-ка крышечку белую,
Вынь меня из гроба глубокого!
Он ударил булатною палицей

Вдоль той крышечки тяжкой каменной.
А куда он ударил палицей –
Становился там обруч кованный.
Тут сказала ему Златогорушка:

- Ты возьми, Дажьбог сын Пepунович,
Кладенец мой меч.
Бей ты им по гробу глубокому,
Поперек ударь крышки белой!

Но не смог поднять этот меч Дажьбог.
- Наклонись ко мне к малой щелочке,
Я дохну в лицо твое белое –
У тебя прибавится силушки.

Наклонился к ней сильный бог Дажьбог,
И дохнула в него Златогорушка –
Силы в нем прибавилось вчетверо.
Тарх Дажьбог поднял тот могучий меч

И ударил по гробу глубокому –
И посыпались искры далешенько.
А куда он ударил мечом-кладенцом –
Становился там обруч кованный.

Говорила ему Златогорушка:
- Мой любимый муж, молодой Дажьбог!
Видно, мне не выйти отсюда.
Здесь найду я свою кончинушку.

Съезди ты к моему родителю,
К Вию князю в царство подземное,
Передай ему мой последний поклон
И проси прощения вечного.

Отправлялся Дажьбог сын Пepунович
От жены своей Златогорки
В царство пекельное, в царство подземное
Ко Кавказским горам высоким.

И приехал он к Вию темному
И сказал ему таковы слова:
- Здравствуй, Вий - подземельный и темный князь!
Я привез поклон-челобитие

От любимой родной твоей дочери,
От моей жены Златогорушки.
Она просит прощения вечного –
Как легла она в площаницу,

В ту гробницу из белого камня –
Так не может оттуда подняться.
Видно, Макошью так завязано,
Видно Родом самим так повелено.

Рассердился Вий подземельный князь
Сын великого Змея Черного:
- Значит, ты убил Златогорушку –
И посмел прийти в царство темное!

Закричал тут Вий зычным голосом
И созвал к себе силы темные:
- Поднимите мне веки тяжкие,
Я взглянуть хочу на Дажьбога!

Дай мне руку, Тарх сын Пepунович!
А Дажьбог могучий тем временем
Раскалил на огне булаву свою –
Протянул ее Вию грозному.

Вий схватил булаву раскаленную
И взглянул на Дажьбога светлого.
Тут завыл, закричал подземельный князь:
- Здесь не место тебе, светлый солнечный бог!

Ты впускаешь свет в царство темное!
Я даю прощение вечное
Златогорке любимой дочери!
Уходи же скорее в подсолнечный мир!

И уехал Дажьбог сын Пepунович
Ко своей жене Златогорушке,
Передал ей прощение вечное.
Златогорка с Дажьбогом прощалася

И в гробу том навек упокоилась.
И на том гробу написал Дажьбог:
«Здесь лежит Златогорушка Виевна.
По велению Макоши-матушки,

По желанию Рода небесного
Смерть нашла она на святых горах».

Клубок двенадцатый. О Яриле и Кащее, которого приковала Буря Яга

- Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
О Яриле нам, сыне Рода,
И Кащее Бессмертном Виевиче.
- Ничего не скрою, что ведаю…

Закатилось Красное Солнышко,
Закатилось за горы высокие,
За леса закатилось дремучие,
За моря закатилось плескучие.

Собирались тут тучи грозные,
Птицы по небу разлетелись,
Звери по лесу разбежались,
Рыбы по морю разметались.

И тогда родила Мать Сырая Земля
Бога мощного и коварного –
Сына Вия Кащея Бессмертного.
В колеснице с драконами огненными

Полетел Кащей над землею.
Он на птиц посмотрел - птицы смолкли в лесах,
Над травой пролетел и засохла трава.
На скотину взглянул - повалилась скотина,

На деревья - засохли деревья.
Пролетел он над морюшком синим,
Пролетел над горами крутыми
И спустился в чистое поле.

И увидел Кащей в поле пахаря.
Пашет пахарь в поле понукивает,
И соха у него поскрипывает,
И по камешкам лемех почиркивает.

Пни и корни пахарь вывертывает,
А каменья в бороздочки валит.
У него кобылка соловая –
Хвост до самой земли расстилается,

Грива колесом завивается.
Гужики у пахаря шелковые,
У него и сошка кленовая,
Лемеха на сошке булатные,

И присошек у сошки серебряный,
А рогачик из красного золота.
У ратая кудри качаются,
Скатным жемчугом рассыпаются,

У ратая глаза ясна сокола,
Брови у него черна соболя,
У него и сапожки - зелен сафьян,
Шилом пяты, носы востры.

Под пяту у него воробей пролетит,
У носочечка - хоть яйцо прокати.
У ратая шляпа пуховая,
А кафтанчик из черного бархата.

И сказал Кащей оратаю:
- Род на помощь тебе, оратаюшко,
Да пахать и бороздки пометывать!
Отвечал ему оратаюшко:

- Пусть нам Род небесный поможет!
Ты скажи, мощный бог, как тебя величать?
Куда держишь путь в чистом полюшке?
Отвечал Кащей таковы слова:

- Сын Земли я и Вия подземного,
А зовут меня все по разному:
Кто зовет - Кащеем Бессмертным,
А иные - Кащеем Трипетовичем.

Еду я по велению матери
Брать с земель ее дани-пошлины.
Ай, же ты, оратай-оратаюшко!
Ты езжай со мной во товарищах!

И тогда оратай-оратаюшко
Гужи с сошки своей повыстегнул
И кобылку из сошечки вывернул.
И оставил он сошку кленовую,

И усаживался на кобылушку.
И поехали они по раздолию
Путь дорогою в чистом полюшке.
Говорил оратай таковы слова:

- Ай, же ты, Кащеюшка Виевич!
Я оставил сошку в бороздочке –
Надо сошку с сырой земли выдернуть
И земельку из лемеха вытряхнуть,

Бросить сошечку за ракитов куст.
Наезжал тут Кащеюшка Виевич
На ту сошечку в чистом полюшке,
Взять хотел ее одной ручушкой –

Только сошка та не ворохнулась
И с Сырой Земли не потронулась.
Взял двумя руками он сошечку,
Но не смог из земли ее выдернуть.

За оглобельки сошечку вертит,
Но не может поднять от Сырой Земли.
Подъезжал тут к сохе оратаюшко.
Брал он сошку свою одной ручушкой

И бросал ее за ракитов куст.
И поехали они по раздолию
Путь дорогою в чистом полюшке.
Оратаюшко плеточкой машет –

А кобылка под пахарем пляшет.
У ратая кобылушка рысью идет –
Вслед Кащей едва поспевает.
Подъезжал оратай ко зеленым лугам –

Травы на лугах поднимались,
Подъезжал к садам - расцветали сады,
Птицы певчие песнь распевали.
Говорил тут Кащеюшка пахарю:

- Ай, же ты, оратай-оратаюшко!
Ты скажи, как тебя величают?
Отвечал оратай-оратаюшко:
- Ай, же ты, Кащеюшка Виевич!

Как посею я рожь, соберу урожай,
Рожь ту в скирды складу и домой сволоку,
Дома вымолочу, крепко выколочу, -
Наварю я хмельного пива,

Созову гостей к себе живо –
Гости станут ходить,
Будут есть и пить,
Я на стол буду пиво ставить –

Станут все Ярилушку славить:
- Здравствуй ты - сын Рода небесного!
За здоровье твое, Ярило!
Тут Кащей позавидовал пахарю

И сказал ему таковы слова:
- Я хочу сеять рожь в чистом полюшке,
Собирать, потом молотить ее,
Делать солод, варить пиво пенное!

Нет нам места с тобой на Земле Сырой!
Помоги, Мать Земля! Помоги мне, Вий!
Был Ярилою ты, сыном Рода, -
Стань ты зверем лесным - зайцем серым!

Обернулся Ярило Зайцем,
Обернулся Кащеюшка Волком.
Побежал он за Зайцем следом.
Заяц тот чрез холмы перескакивает,

Волк едва за ним поспевает.
Добежали до речки Смородины,
До моста добежали калинового.
Заяц серый прыгнул за речку,

Волк - за ним побежал по мосточку.
А вдоль берега речки Смородины
Кости свалены человеческие,
Волны в реченьке той кипучие –

И бурлят они, и клокочут!
Волны вдруг в реке взволновались,
На дубах орлы раскричались –
Выезжал тут навстречу Кащею

Буйный Велес с Бурей-Ягою.
- Ай, да полно тебе, Кащеюшка,
В поле чистом преследовать Зайца!
Уж мы съедемся в чистом полюшке!

Друг у друга отведаем силушку –
Да кому Род небесный поможет?
То не горушки в поле сталкивались –
То съезжалися Велес с Кащеюшкой.

Они бились-дрались трое суточек –
Бились конными, бились пешими.
У Кащея нога подвернулась,
И упал на Землю Сырую он.

Тут хватала Кащеюшку Буря Яга
И ковала в цепи железные,
И тащила в пещеры глубокие,
И к стене прибивала Бессмертного.

Задвигала его запорами,
Запирала его замками:
- Ты хотел сеять рожь в чистом полюшке,
Собирать, потом молотить ее,

Делать солод, варить пиво пенное –
Но то дело Ярилы ярого!
Не увидишь ты света белого,
Света белого, Солнца Красного!

Обернула Ярилушку Виевна
Вновь из Зайца в бога могучего:
- Где был Заяц серый - Ярило встань!
Встань зеленый дуб впереди меня,

А Ярило встань позади меня!
Все по слову ее сразу сделалось.

Клубок тринадцатый Как Велес коров у Перуна украл, как Дажьбог их вернул и Кащея освободил

- Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
Как украл у Пеpуна Cварожича
Велес стадо коров.
Как Дажьбог победил буйна Велеса

И вернул коров своему отцу.
Как потом он Кащею свободу дал!
- Ничего не скрою, что ведаю…
Велес так говорил: - Я - сын тучи-коровы,

Значит, будут моими коровы Пеpуна!
Не по праву достались ему они!
И тогда буйный Велес с Усоньшей Ягою
Ураганом перуновы тучи угнали.

Оскудела тогда Мать Сыра Земля,
Стали рыскать по ней звери лютые,
Волки хищные и медведи,
Стали красть у людей скотинушку,

За горою крутой и за быстрой рекой
Расшумелись леса дремучие.
В тех лесах дремучих костры горят,
И огни пылают горючие.

Вкруг огней горючих люди стоят –
Люди стоят и поют богам:
- Ты, Семаргл-Огнебог, воспылай до небес!
Передай Свaрогу небесному,

Передай Громовержцу Перуну,
Передай Дажьбогу великому
Нашу славу, Семаргл могучий!
Ты, Пеpун Громовержец, Дажьбога пошли

В службу дальнюю многотрудную!
Ты вели возвратить ему тучи-стада,
Победить бога Велеса буйного!
Ты, Дажьбоже храбрый! спаси скотину,

Охрани ее от похитчиков!
Охрани от медведя лютого,
Сбереги и от волка хищного!
Тут Пеpун Громовержец Дажьбогу сказал –

И по небу гром раскатился:
- Сын Дажьбог! Отправляйся скорее в дорогу
И отбей коров у похитчиков,
Отомсти коварному Велесу!

Запрягал Дажьбог своего коня
И поехал в дорогу дальнюю
От Рипейских гор к царству темному.
Велес буйный бог видел мутный сон:

- Этой ночью, - сказал, - покрывали меня
Пеленою черною, траурной
И поили меня горьким зельем-вином,
С горем смешанным!

И скакали, и выли вокруг меня Карна с Желею,
Пламя мыкая в роге огненном!
Знать идет сюда светлый бог Дажьбог,
Предстоит мне с ним битва грозная!

Тут сказала Велесу Виевна:
- Мы обманем Дажьбога могучего,
Коль не можем его победить в бою.
Напущу я голод на сына Пеpуна,

На пути его встану яблоней –
Коль дотронется он до яблочка,
Лопнет тут же он, полетят клочки.
Коль пройдет Дажьбог испытание,

Напущу на Дажьбога жажду,
А сама обернусь колодцем.
Будет чашечка во колодце том –
Коль дотронется он до чашечки,

Упадет в колодец бездонный тот.
Или - сон напущу, обернуся кроватью –
Коль он ляжет в кровать, вмиг огнем сгорит!
Под окошком Усоньши Виевны

Пролетал воробушек малый,
Он запомнил те речи грозные –
Полетел к Дажьбогу могучему:
- Коль, Дажьбог, тебе встретится яблонька,

Не срывай с нее яблок, не кушай их!
Коль колодец увидишь - не пей из него,
Коль увидишь кровать - не ложись в нее!
Обернулась Усоньша яблонькой,

На дороженьке встала Дажьбога.
Проезжает Дажьбог - видит яблоню.
Вынимал Дажьбог саблю острую
И срубал саблей острою яблоню –

Тотчас кровь из яблоньки брызнула.
Обернулась Яга колодцем,
Обернулась она кроватью –
И колодец, и ту кроватку

Изрубил Дажьбог на кусочки.
Доезжал Дажьбог до Кавказских гор.
Как у той ли у речки Смородины –
Он увидел - стоит избушечка

И на куричьих ножках вертится.
Вкруг избушечки с черепами тын.
- Стань, избушечка, к лесу задом,
А ко мне повернися передом!

Повернулась избушка, как сказано.
Выходила тут Буря Виевна,
Вместе с Бурей - могучий Велес.
И сказал тогда храбрый бог Дажьбог:

- Вы отдайте мне стадо коров назад!
Тут в избушку ударила молния
И по небу гром раскатился.
Буйный Велес сел на коня верхом

И сказал Дажьбогу могучему:
- Уж мы съедемся в чистом полюшке.
Друг у друга попробуем силушку!
Мы поборемся с тобой, побратаемся –

Да кому Род небесный поможет?
И погнал навстречу Дажьбог коня.
Скачет конь-огонь по Земле Сырой,
Камни с-под копыт выворачивает,

Из очей его искры сыпятся,
Из ноздрей его дым валит столбом.
То не горушки в поле сталкивались –
То столкнулись два бога великих.

Ударялись булатными палицами,
Сшиблись копьями долгомерными,
Ударялись и саблями острыми.
У них палицы посгибались

И по маковкам обломались –
Раскололись булатные палицы,
Расщепились и длинные копья,
Прищербились и сабельки острые.

Как они боролись-братались –
Содрогалася Мать Сыра Земля,
Расплескалось и море синее,
Приклонилися все дубравушки.

 

 

Над Землей всколебался небесный свод,
Под Землей шевельнулся и Юша-Змей.
Тут сходили они со могучих коней,
Стали биться они врукопашную.

Они бились-дрались трое суточек.
И ослаб наконец буйный Велес бог,
Подвернулась правая ноженька,
Ослабела левая ручушка.

Пал тут Велес - Дажьбог сел ему на грудь.
И вскричал тогда буйный Велес:
- Помоги-ка мне, Буря Виевна,
Одолеть Дажьбога могучего!

Тут подскакивала Буря Виевна,
И хватала Дажьбога за желтые кудри,
И сбивала на Землю Сырую его.
И поднялся тогда буйный Велес,

И садился Дажьбогу на белую грудь.
Привязали тут Буря с Велесом
Цепью к дубу Дажьбога могучего
И пошли они отдыхать в избу.

Мало времечко миновалось –
Разгулялась непогодушка,
Туча грозная поднималась.
Шла та туча грозная на горы –

Горы с тучи той порастрескались,
Раскатились на мелкие камешки.
Подходила к лесам - приклонились леса,
Разбежались в лесах звери лютые.

Становилась туча над морем –
Море синее расходилось,
Разметались в нем рыбы быстрые.
Из-под той из-под тучи грозной,

Со громами гремучими и огнями сверкучими
Прилетел Орел сизокрылый,
Стал летать Орел, клекотать в небесах:
- Почему приковали Дажьбога?

Почему его привязали?
Из-за Бури Яги - душегубицы,
Из-за Велеса - бога коварного!
Не взлюбилась та речь буйну Велесу,

Он выскакивал на широкий двор
Лук тугой снимал со свого плеча,
Брал стрелу у Дажьбога доброго,
Направлял стрелу в птицу грозную.

А Дажьбог у сырого дуба,
Глядя на стрелу, приговаривал:
- Слушай, батюшка лук! Ты, калена стрела, -
Не пади ты ни в воду, ни на гору,

Не пади в дуб сырой и в сизого Орла –
Попади в грудь коварного Велеса!
Не попала стрела ни на гору, ни в воду,
Не попала стрела в дуб сырой и в Орла –

Повернулась в грудь буйного Велеса,
Сбила с ног она бога грозного.
И тогда Орел сизокрылый
Обернулся в Пеpуна могучего,

И послал Пеpун громовую стрелу –
И разбился сырой дуб на щепочки,
И спадали тогда цепи тяжкие вниз
На землю с Дажьбога Пepуновича.

И сказал Пеpун буйну Велесу:
- Я тебя, грозный Велес, коровий вор,
Уничтожу, убью, не помилую!
- Не убьешь ты меня, - отвечал ему Велес, -

От тебя я сумею упрятаться!
Вот идет человек - стану тенью его,
Ничего ты со мною не сделаешь!
- Я убью человека, его я прощу,

Но тебя, злодей, не помилую!
- Тогда я - под коня! Не отыщешь меня! –
Отвечал ему Велес могучий бог.
- И коня я забью, и тебя погублю,

Погублю тебя, не помилую!
- Я запрячусь в дупло, там спокойно, тепло –
Ничего ты со мною не сделаешь!
- Я тот дуб расщеплю и тебя отыщу –

Отыщу, убью, не помилую!
И тогда буйный Велес под гору залез,
В ту пещеру, где воды упрятаны.
А Пеpун-громовержец скалу расколол,

Тяжким молотом в камень ударив –
И поднялись великие воды,
Под скалою Велесом скованные!
И перуновы тучи на небо пошли,

Отпустила из хлева их Буря-Яга,
Разразились тут грозы великие,
Сердце радуя Громовержца!
Стал тут добрый Дажьбог на коне разъезжать

По бескрайнему царству темному.
Подъезжал к пещерам змеиным.
А в тех темных пещерах - пленники:
Сорок там царей и царевичей,

Также сорок князей и князевичей,
Сорок мудрых волхвов, сорок богатырей,
А простого народа и сметы нет.
Выводил Дажьбог пленных Велеса,

Оживлял он людские тени,
Что блуждали по царству подземному.
Много вывел князей и князевичей,
Выводил королей, королевичей,

Много вывел девиц, также малых детей.
- Выходите из царства пекельного!
Из пещер выходите Велеса!
Выходите из нор змеиных!

И идите за речку Смородину,
И ступайте все по своим местам,
По домам своим, к очагам родным!
Вспоминайте потом Дажьбога!

Без него вы бы вечно сидели в плену!
Выходили с великим шумом
Мертвецы из подземного царства,
Побежали за речку Смородину

Через мост калиновый тонкий.
А Дажьбог пошел по пещерам –
И зашел в пещеру последнюю.
Видит: дверь запорами запертая,

Наглухо замками закрытая.
И сорвал Дажьбог все замки с нее,
Сшиб запоры могучей рукою
И раскрыл железные двери.

И увидел под темными сводами
В той пещере Кащея Бессмертного.
На двенадцати он цепях висел,
А под ним котел на огне кипел.

И сказал Кащей богу светлому:
- Дай, Дажьбог, мне воды немножечко!
Наливал Кащею Дажьбог воды.
Выпил все Кащей, запросил еще.

Наливал Дажьбог - выпил вновь Кащей.
Просит в третий раз - дал опять Дажьбог.
И сказал Кащей богу светлому:
- Буду помнить твою услугу!

За нее тебе три вины прощу!
Разорвал затем цепи тяжкие,
Полетел из темной пещеры он
К свету белому, к Солнцу Красному.

Клубок четырнадцатый. Как женился Дажьбог на Маренушке

- Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
Как женился Дажьбог на Маренушке.
- Ничего не скрою, что ведаю…
Ко Рипейским горам в светлый Ирий

Со всего света белого птицы слетались.
Собирались они, солетались,
О Сырую Землю ударились,
Обернулись птицы в небесных богов.

Прилетели то ко Рипейским горам:
Огнебог-Семаргл, Ураган-Стрибог,
Бог Пеpун-громовержец с Дивою,
Ясный Хорс с Зарей-Зареницею,

Волх сын Змея с прекрасной Лелею
И Дажьбог сын Роси Перунович.
Их встречали Сварог вместе с Ладою,
Приводили в чертоги хрустальные,

Угощали яствами разными,
Наполняли чаши хмельной Сурьей.
Как садились гости за златые столы,
За златые столы, за камчаты скатерти –

Поднимали чаши одной рукой,
Выпивали единым духом.
После пира было гуляние
По небесному саду Ирию.

И гулял Дажьбог сын Перунович,
Подходил к расписному терему.
А в тот терем высокий прохода нет.
Тут услышал Дажьбог сын Перунович

Как играют в тереме гусельки,
И звенят золоченые струны.
И заслушался Дажьбог, и задумался,
И понравились Тарху гусельки:

- Это терем Марены Свароговны –
Видно там у нее гуляние!
Стал он биться-стучаться в терем –
Зашатались стены у терема,

Распахнулись двери железные.
Поднялся сын Перуна по лестницам
И вошел в палату Маренушки.
У Маренушки - развеселый пир.

У Марены гости приезжие
Из далекого царства темного:
В ряд сидят Горыня с Дубынею
И Усыня с Кащеем Виевичем.

Поздоровался с ними Перунович
И садился за стол на скамеечку.
- Что ж не ешь, Дажьбог сын Перунович? –
Так спросила Марена Свароговна.

А Дажьбог Марене ответил:
- Сыт, Марена, я - только что с пира
У отца Сварога небесного.
А сам думает: если поешь у нее,

Заворожит она, иль отравит,
Ведь Марена колдунья известная.
Продолжался пир и гуляние.
Здесь Кащей к Маренушке сватался,

И хвалился своими богатствами,
И хвалился своим он бессмертием:
- Все, Марена, тебе подвластны!
Все боятся Марены-Смерти!

Только я не боюсь - Бессмертный!
Мы с тобою, Марена, вместе
Подчиним, покорим поднебесную!
Наконец, пришло время позднее,

Стали гости прощаться с Маренушкой.
Провожала Марена гостей,
Проводила Кащея Бессмертного,
А Дажьбога стала удерживать:

- Оставайся, Дажьбог сын Перунович,
До рассвета, до света белого,
И со мною, Мареною, сделай любовь!
Будет мужем моим пусть Бессмертный Кащей,

Ну а ты, Дажьбог, - полюбовником!
Отвечал тут Дажьбог сын Перунович:
- Ты прощай, Марена Свароговна!
Ты прощай уж, Маренушка-душенька,

Я не буду тебе полюбовником!
Обернулся Дажьбог от Марены
И ушел один на широкий двор.
Тут вскочила Марена Свароговна

И брала ножища-кинжалища,
И стругала следочки дажьбожии,
Их бросала в печку муравлену,
Как бросала их - приговаривала:

- Вы пылайте, следочки дажьбожии,
Вы горите во печке муравленой!
И пылай в Дажьбоге Перуновиче
По Марене душа его светлая!

Чтоб не мог Дажьбог жить без душеньки –
Чтоб не мог без меня он ни есть, ни спать!
Подымайтесь, дымочки, из печечки,
Подымайтесь, вы, ветры буйные!

Соберите тоску-ту тоскучую
Со всех вдов, сирот, с малых детушек,
Соберите со света белого,
Понесите ее в сердце молодца –

Молодого Тарха Перуновича!
Посеките булатной саблею
Сердце Тархово молодецкое,
Поселите тоску-ту тоскучую,

Дайте и сухоту сухотучую
В его кровь, и в жилы, и в печень!
Чтоб казалась ему Маренушка
Милей матери, отца-батюшки,

И роднее Рода небесного!
Будьте крепче булата, слова мои!
Ключ к словам моим в небесах,
А замок в морской глубине,

Проглотила замок этот рыба кит.
Рыбу-кит не добыть и замок не открыть!
А кто рыбу добудет и замок отопрет –
Того гром убьет и спалит огонь!

А Горыня, Дубыня с Усынею
Возвращались назад в царство темное.
Растворились вдруг небеса,
Сокатились колеса златые,

Золотые колеса - огненные.
А на той колеснице огненной
Сам Перун Громовержец покатывал,
Златокудрой главою встряхивал,

В небо молнии посылая.
И поглядывал вниз на Землю.
Видит он - Горыня с Дубынею
И Усыня идут по дороженьке.

- Где вы были? - спросил Громовик-Пеpун.
- Были мы в гостях на Рипейских горах
E Марены Cвароговны в тереме.
Пили-ели мы, веселились мы,

Веселился там и твой сын Дажьбог!
Тут нахмурился Громовержец,
Покатил к Дажьбогу к Рипейским горам:
- Мне не нравится, сын, что ты ходишь к Марене!

Не прельстился ль ты красотой ее?
По-хорошему с ней ты сходишься –
По-хорошему ль разойдешься с ней?
Не пеняй тогда ты на батюшку,

Не пеняй на родимую матушку,
А пеняй, Дажьбог, на себя самого!
Огорчился Дажьбог и пошел к Роси.
И спросила Дажьбога матушка:

- Что случилось - скажи, чадо милое?
- Я скажу тебе правду сущую.
Изобидел меня мой отец Перун,
Говорил - будто я у Марены сижу!

Я всего заходил-то разочек,
Посидел у Марены часочек.
- За тебя Перун беспокоился.
Та Марена - колдунья ужасная!

Не ходи к ней, Дажьбог, в светлый терем,
Не прельщайся ты красотой ее!
Тут сказал Дажьбог слово резкое:
- Ты по роду мне будешь матушка,

А по речи своей - будто мачеха!
И пошел он в терем к Маренушке:
- Проведу я с ней ночку темную
На ее кроваточке мягкой,

А наутро возьму в замужество!
Тут в Дажьбоге кровь разыгралась,
И сердечко в груди растревожилось,
И расправил он плечи широкие.

И пошел Дажьбог сын Перунович,
Подходил к высокому терему.
А в тот терем Марены прохода нет.
Тут натягивал сын Перунович

Лук тугой за тетивочку шелковую
И стрелял стрелою каленою.
Полетела стрела позлаченая,
Попадала в окошко косявчато -

Проломила окошко косявчато
И расшибла стекольчато зеркало.
Стал он биться-стучаться в терем.
Зашатались стены у терема,

Распахнулися двери железные.
И вошел сын Перуна к Маренушке.
У Марены - пир и гуляние.
У Марены гость с царства темного:

Сам Кащей Бессмертный сын Виевич.
И сказал Дажьбогу Бессмертный Кащей:
- Ты почто, Дажьбог, к нам в окно стрелял?
Проломил ты окошко косявчато

И расшиб стекольчато зеркало!
Тут Дажьбогу досадно стало –
Вынимал он сабельку острую,
Поднимал ее над своей головой:

- Я тебя, Кащей, на куски изрублю!
Тут Марена со смехом говаривала:
- Не пугайся, Кащей, мил сердечный друг!
Хочешь я Дажьбога могучего

Оберну златорогим туром?
Тут брала Маренушка чашечку,
А в той чашке - водица холодная,
Колдовала она над чашечкой,

Выливала она ту чашечку
На Дажьбога Тарха Перуновича.
Вдруг не стало в светлице Дажьбога,
Вдруг не стало сына Пеpуна,

Встал в светлице Тур златорогий.
Золотые рога у Тура,
А копытца его серебряные,
В каждой шерсточке по жемчужинке.

Приказала тогда Маренушка
Отогнать его в чисто полюшко.
Трое суток бродил златорогий Тур
По высоким горам, по долинушкам.

Увидали его пастухи,
Увидали - сказали матушке.
Рось тогда пастухам ответила:
- То не Тур златорогий ходит,

Ходит то мой сынок родимый
Тарх Дажьбог, Мареной обернутый.
И просила она Перуна:
- Громовержец, скажи Марене,

Чтоб вернула она мне сына,
Обернула Тура Дажьбогом!
И сказал Перун Громовержец,
Раскатился гром в поднебесье:

- Ай же ты, сестрица Марена!
Ты зачем златорогим Туром
Повернула Дажьбога доброго?
Отпустила его в чисто полюшко?

Обрати ты его обратно,
А иначе, сестрица Марена,
Я пущу в тебя громовой стрелой!
Обернулась Марена сорокою,

Полетела в чистое полюшко –
Там, где ходят по полю туры, -
Девять туров - обычные туры,
А десятый Тур - златорогий.

Тут садилась сорока на правый рог
Златорогого Тура Дажьбога,
Стала Туру Дажьбогу выщелкивать:
- Ай, же ты, Дажьбог - златорогий Тур!

Не наскучило ль тебе в чистом полюшке?
По долам гулять, по горам плутать,
По дубравам дремучим,
По болотам зыбучим?

И не хочешь ли - пожениться на мне?
Ты со мной сделай заповедь вечную –
И возьми Марену в замужество!
- Ай, же ты, Марена Свароговна!

Обрати ты меня обратно –
Я согласен на заповедь вечную!
И брала вновь Маренушка чашечку,
Наполняла ее ключевой водой,

И брала три щепоточки маленьких
Из печи, от золы, от сырой земли.
Посыпала щепоточки в чашечку,
Говорила над ней колдовские слова –

Очень странные, очень страшные.
И из чашечки Тура обрызнула.
И чихнул тот Тур три разочка –
Обернулся снова Дажьбогом.

И пришли они снова к Рипейским горам
Ко Сварогу небесному в кузницу.
Им сковал Сварог по златому венцу,
И сыграл Дажьбог Тарх Перунович

Со Мареною вскоре свадебку.
Солетались на свадьбу веселую
Со всего света белого птицы.
Ударялись птицы о Матушку Землю,

Обернулись птицы в небесных богов.
Собирались они, солетались,
Поздравляли Дажьбога с Мареною.
И сплела им Леля любви венок,

Подарила Рось голубой платок,
Подарила Лада гребеночку:
Коль махнешь платком - будет озеро,
А гребеночкой - встанет темный лес.

Стали гости гулять, пить и есть, плясать.
И плясала на свадьбе Жива
И кружилась она всем на диво:
Правой ручкой махнет - встанет лес и река,

Левой ручкой – летят птицы под облака.
И плясала на свадьбе Марена
И махала она рукавами:
Правой ручкой махнет - лед на речке встает,

Левой ручкой махнет – снег из тучи идет.
Говорил сын Перуна Маренушке:
- Замело, завеяло дороженьки,
И нельзя пройти мне к Маренушке.

Промету я дорожку - сам к милой пройду.
Постелю постелю пуховую,
Обниму Маренушку милую!
Продолжается свадьба небесная!

Клубок 15 Как Кащей у Дажьбога Марену украл, как Дажьбог ее отыскивал

- Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
Как Кащей у Дажьбога Марену украл,
Как Дажьбог Марену отыскивал,
Как спасала Дажьбога Жива!

- Ничего не скрою, что ведаю…
Как узнал про свадьбу Бессмертный Кащей,
Запрягал колесницу огненную,
И собрал несметную силушку,

И надвинулся тьмою на Ирий сад.
То не темная туча приблизилась –
То надвинулась сила кащеева,
Затопила мглой Землю-матушку.

Как в ту порушку в светлом Ирии
Никого из богов не случилося –
Там один оставался могучий Дажьбог.
Снаряжался он в чисто полюшко

Драться с той несметною силою.
Бился с нею Дажьбог трое суточек,
И побил он силу великую,
А потом возвратился обратно в рай.

Лег он спать - и спит непробудным сном,
Над собою невзгоды не чувствует.
Тут подъехал к высокому терему
Сам Кащей Бессмертный сын Виевич.

Стал Марену он подговаривать,
Соловьем перед нею выщелкивал,
Говорил Марене-кукушечке:
- Полетим, дорогая кукушечка,

В золотое царство кащеево!
Там совьем мы, кукушка, по гнездышку,
И устелем его черным бархатом,
И украсим его чистым золотом!

Говорил Бессмертный Маренушке:
- За тебя я, Маренушка, сватался,
Ты должна была быть моею!
Ты пойди за Кащея замуж!

Моя матушка - Мать Сыра Земля,
А мой батюшка Вий - подземельный князь
Сын великого Змея Черного!
А Дажьбог - внебрачный Пеpуна сын

От Роси - всего лишь русалки!
Лишь со мною ты будешь царицею,
А с Дажьбогом - лишь портомойницей!
И Марена тут призадумалась:

- Для чего мне слыть портомойницей?
Лучше буду с Кащеем царицею!
И пошла за Кащея замуж.
А Дажьбог все спит непробудным сном,

Над собою невзгоды не ведает,
Что была у него молодая жена,
Да пошла за Кащея Бессмертного.
Улетели Марена с Кащеем –

Пробудился Дажьбог сын Пepунович.
Тут вернулись в сад боги вечные,
Стал их спрашивать удалой Дажьбог:
- Вы скажите мне - где жена моя?

Куда скрылась моя Маренушка?
Отвечал Дажьбогу великий Пеpун:
- Слышал я от Сварога небесного,
Что Маренушка замуж опять пошла –

За царя Кащея Бессмертного.
Говорил тогда сильный бог Дажьбог:
- Надо ехать нам за угоною!
Отвечал Пеpун: - Честь ли мне, хвала ль

За чужою женою следовать?
Ты езжай один за угоною.
Ничего с них, Дажьбог, не спрашивай,
Как застанешь их в чистом полюшке –

Отсеки у Кащея голову!
Поезжал Дажьбог за угоною.
Как Марена Дажьбога увидела –
Наливала вина чару полную,

Заступала ему дороженьку.
Как увидел Марену могучий конь –
Тут же встал на дороге, как вкопанный.
Стал коня стегать удалой Дажьбог,

Конь не слушает, не идет вперед.
Тут сказала Марена Дажьбогу:
- Свет мой ясный, Тарх сын Пеpуна!
Меня силой везет Бессмертный!

Выпей чару вина зеленого
Ты с великой тоски и досады!
Выпил чару Дажьбог - захотел еще,
Наливал еще - по другой горит.

Тут напился Дажьбог допьяна
И упал на Матушку Землю.
- Велика власть Хмеля могучего! –
Рассмеялось Марена грозная

И сказала Кащею слово: -
Ты, Бессмертный Кащей, отсеки главу
Неразумному Тарху Перуновичу!
Отвечал Бессмертный Маренушке:

- Как Дажьбог меня из пещеры спас –
Я ему обещал три вины простить.
Это будет прощение первое.
Тут Марена Дажьбога подхватывала

И столкнула в колодец глубокий –
Тот, что вел в подземное царство.
И упал Дажьбог в царство темное.
Пробудился в провале великий бог,

Он вставал на ноженьки резвые
И свистел молодецким посвистом.
Подбегал к провалу могучий конь,
Опустился он на колени

И свой длинный хвост опустил в провал.
Ухватился крепко Дажьбог за хвост,
И на Землю Сырую поднялся он.
И вскочил тогда на лихого коня,

И поехал вновь по дороженьке.
Вновь стоит на дороге Марена.
Как увидел Марену могучий конь -
Тут же встал на дороге, как вкопанный.

Стал коня стегать удалой Дажьбог,
Конь не слушает, не идет вперед.
Вновь сказала Дажьбогу Марена:
- Если конь не идет, значит, он устал.

Дай коню отдохнуть, отдохни и сам.
Слезь с коня, Дажьбог, и с усталости
Зелена вина выпей чарочку.
Как день летний не может без солнышка,

Так и я не могу без тебя, мой свет,
Не могу я есть, не могу и спать!
Выпил чару Дажьбог - захотел еще,
Наливал еще - по другой горит.

Тут напился Дажьбог допьяна
И упал на Матушку Землю.
- Велика власть Хмеля могучего! –
Рассмеялось Марена грозная,

И сказала Кащею слово: -
Ты, Бессмертный Кащей, отсеки главу
Неразумному Тарху Перуновичу!
Отвечал Бессмертный Маренушке:

- Раз Дажьбог меня из пещеры спас –
Обещал я ему три вины простить.
Это будет второе прощение.
Тут Марена Дажьбога подхватывала

И бросала его чрез свое плечо,
Как бросала его - приговаривала:
- Там где был удалой добрый молодец –
Там горючий стань белый камешек.

Первый год пройдет - ты лежи на Земле,
И второй пройдет - ты лежи на Земле,
Третий год пройдет - ты сквозь Землю пройди,
И низвергнись в царство подземное!

Как тут конь Дажьбога несчастного
Побежал один ко Рипейским горам,
Стал он бегать по саду Ирию.
И увидел коня Громовик Пеpун:

- Не видать что-то сына родимого,
Не видать Дажьбога могучего,
Знать случилось что-то неладное!
Тут Пеpун Громовержец коня оседлал

И поехал по полю широкому.
Переехал он лесушки темные,
Переехал поля Сарачинские
И доехал до камня горючего.

Тут он камень горючий покатывал,
А покатывал - приговаривал:
- Там где был бел горючий камешек –
Стань на месте том добрый молодец –

Молодой Дажьбог сын Пepунович.
Стань ты, камень, легче легкого!
Тут Пеpун поднимал этот камешек,
Чрез плечо его перекидывал,

Там, где был бел горючий камешек –
Там вдруг стал удалой добрый молодец.
И сказал Перуну тогда Дажьбог:
- Надо ехать нам за угоною!

Отвечал Пеpун: - Честь ли мне, хвала ль
За чужою женою следовать?
Ты езжай один за угоною.
Ничего с них, Дажьбог, не спрашивай,

Как застанешь их в чистом полюшке –
Отсеки ты Кащею голову!
Тут вскочил Дажьбог на лихого коня
И поехал по полю широкому.

Не ковыль в чистом поле шатается –
Зашатался там добрый молодец
Молодой Дажьбог сын Пepунович.
Доезжал до речки Смородины,

Принагнулся он к быстрой реченьке,
И вскричал Дажьбог громким голосом:
- Кто тут есть на реке перевозчиком?
Отвезите меня на ту сторону!

Примите меня, хозяева –
Велес с Бурей Ягою Виевной!
Накормите меня белым хлебом,
Напоите вином медвяным!

Отвечают ему хозяева:
- У нас в темном царстве - горькое житье.
У нас хлеба белого - нет,
И питья медвяного - нет.

А есть - гнилые колоды,
А есть - водица болотная!
Говорил Дажьбог сын Пepунович:
- Перевезите меня на ту сторону!

Перевезите меня, проводите
Ко горючему камню Алатырю,
Ко дворцу Кащея Бессмертного!
Перевез через речку Смородину

Тарха сына Пеpуна Велес,
И давал Дажьбогу клубочек:
- Ты, Дажьбог, ступай за клубочком –
Приведет клубочек к Кащею!

Поезжал Дажьбог за клубочком
И приехал он в царство темное,
Горы там в облака упираются,
И чертог стоит между черных скал –

То дворец Кащея Бессмертного.
У дворца ворота железные,
Алой кровью они повыкрашены,
И руками людскими подперты.

Стены у дворца – из костей людских,
Вкруг палат стоит с черепами тын.
Увидала его Марена, говорила Кащею слово:
- Не убил ты Дажьбога доброго –

Он опять к нам в гости пожаловал!
Подходила она близешенько,
Кланялась Дажьбогу низешенько:
- Свет мой ясный, Тарх сын Пеpуна!

Меня силой увез Бессмертный!
Как день летний не может без солнышка,
Так и я не могу без тебя, мой свет,
Не могу я есть, не могу и спать!

Выпей чару вина зеленого ты
С великой тоски и досады!
Выпил чару Дажьбог - захотел еще,
Наливал еще - по другой горит.

Тут напился Дажьбог допьяна
И упал на Матушку Землю.
- Велика власть Хмеля могучего! –
Рассмеялось Марена грозная,

И сказала Кащею слово: -
Ты, Бессмертный Кащей, отсеки главу –
Неразумному Тарху Перуновичу!
Отвечал Бессмертный Маренушке:

- Как Дажьбог меня из пещеры спас –
Я ему обещал три вины простить.
Это будет прощенье последнее.
Коль сойдемся мы еще раз в бою,

Не уйдет от меня удалой Дажьбог!
Отсеку ему буйну голову!
Тут сходила Маренушка в кузницу
И сковала она пять железных гвоздей,

Поднимала Дажьбога под пузухи,
Приносила к скалам Кавказским.
И распяла на скалах бога.
И забила в ногу железный гвоздь

И в другую вбила она другой,
В руки белые вбила она по гвоздю,
А последний гвоздь обронила.
И ударила тяжким молотом

Богу светлому в бело личико –
Он облился кровью горячею.
Как была у Марены Cвароговны
Жива-Лебедь - сестра родная.

Говорила она Свaрогу:
- Дай прощенье и благословение
Полетать мне по тихим заводям,
Полетать, погулять белой лебедью!

Долететь мне до царства темного,
Погостить у родной сестрицы!
Дал прощенье Свaрог Живе-Лебеди.
Полетела Жива к Кавказским горам –

Погостила она у сестрицы.
Стала Лебедью белой погуливать,
По горам она стала полетывать –
И увидела бога распятого,

Молодого Тарха Пepуновича.
И сказала ему Лебедь белая:
- Молодой Дажьбог сын Пepунович!
Ты возьмешь ли меня в замужество?

Я спасу тебя от сестры своей,
От Марены - напрасной Смерти!
И сказал Дажьбог сын Пepунович:
- Я возьму тебя замуж, Лебедушка,

Жива - дочь Сварога небесного!
И тогда Cвароговна Лебедью
Полетела в небесную кузницу,
Доставала клещи железные,

Отдирала клещами железными
От скалы Дажьбога могучего.
Уносила Дажьбога Лебедушка
Далеко из темного царства

Ко Рипейским горам
В светлый Ирий сад.
Оживляла Дажьбога живой водой
И лечила раны кровавые.

Клубок 16 Как случилась Смерть кащеева и Великий Потоп

- Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
Нам о Смерти Кащея Бессмертного,
Расскажи о Великом Потопе нам!
- Ничего не скрою, что ведаю…

Говорила Дажьбогу Жива:
- Не найти тебе Смерти Кащеевой –
Он с Мареною-Смертью дружен.
И в бою ему Смерть не писана,

Ведь Кащей - это бог Бессмертный!
Ей Дажьбог сын Пеpуна ответил:
- Не могла завязать так Макошь,
Род не мог допустить такое!

Все рожденное Смерть имеет!
Значит - есть она у Кащея!
И спросил Дажьбог Макошь-матушку:
- Где находится Смерть Кащея?

Помоги мне, матушка Макошь!
Отвечала Дажьбогу Макошь:
- Далеко его Смерть упрятана,
Глубоко его Смерть схоронена!

Далеко на Буяне-острове
Вырос дуб до самого неба,
На том дубе сундук окованный,
В сундуке спрятан заяц, в зайце

Спрятана утка, а в той утке яйцо.
В том яйце ты отыщешь Кащееву Смерть!
И поехал Дажьбог к морю синему.
Видит - в небе летит Ясный Сокол –

То Семаргл-Огонь сын Cварожич:
- Я тебе помогу, добрый бог Дажьбог!
Видит - кружится в небе Орел –
То Пеpун Громовержец Сварога сын:

- На меня надейся, могучий бог!
Видит в поле Дажьбог Волка серого –
Это Огненный Волх Змея Индрика сын:
- Не забудь обо мне, Тарх Пepунович!

Вот подходит Дажьбог к морю синему:
- Как бы мне переправиться к острову?
Всколебалось тут море синее
И поднялся из моря Поддонный Змей.

Лег тот Змей поперек моря синего:
- Ты ступай по мне, светлый бог Дажьбог!
И поехал по Змею Пеpуна сын –
Доезжал до Буяна-острова.

Видит он - на острове дуб стоит,
В небо кроною упирается.
И висит высоко на ветвях его
Тот сундук со Смертью кащеевой.

- Как бы мне достать тот сундук с ветвей?
Прилетел Пеpун Громовержец
И ударил в дуб громовой стрелой -
Сотряслась тогда поднебесная,

Расщепился дуб тот на щепочки,
И упал сундук вниз с его ветвей.
И сундук раскрылся окованный,
Из него быстрый Заяц выскочил.

- Как бы мне догнать Зайца серого?
Появился Волх - Змей могучий, Волк,
Побежал за Зайчиком серым он,
И догнал Зайца Волк, растерзал его,

И порхнула из Зайчика Уточка.
- Как бы мне поймать серу Уточку?
Прилетел тут Рарог - Огонь-Семаргл,
Растерзал Семаргл серу Уточку.

И упало из серой Уточки
Золотое Яйцо в море синее.
- Как бы мне Яичко то выловить?
Тут поднялся из моря Поддонный Змей

И принес Дажьбогу Пepуновичу
То Яичко с Кащеевой Смертью.
И поехал Дажьбог в царство темное.
Подъезжал к палатам кащеевым.

Увидала его Марена,
Наливала питья хмельного:
- Свет мой ясный, Тарх сын Пеpуна!
Как день летний не может без солнышка,

Так и я не могу без тебя, мой свет,
Не могу я есть, не могу и спать!
Выпей чару вина зеленого
Ты с великой тоски и досады!

Тут занес Дажьбог руку правую,
Принимал он ей чару горькую.
Налетела тут Лебедь Белая –
Жива дочь Сварога небесного

И толкнула чарочку горькую –
Улетела чара далехонько.
Тут опомнился светлый бог Дажьбог.
Вынимал Дажьбог саблю острую,

Отрубал Маренушке голову.
Тут упал сокол Рарог-Огонь с небес
И сжигал ее тело белое.
Разгорался огонь палящий!

Разгорался на полсвета белого!
И сказал Дажьбог Тарх Пepунович:
- Принимайте требу, небесные боги!
Принимайте Марену Свароговну!

Вынимал тут Дажьбог Золотое яйцо –
И Кащею Яичко показывал.
Тут Кащей закричал богу светлому:
- Ты не трогай, Дажьбог, Золотое Яйцо!

То Яйцо появилось при рождении мира!
У него нет ни Матери, нет и Отца!
О рожденьи Яйца не расскажет никто!
Только Род тайну ведает эту!

И промолвил Кащею великий Дажьбог:
- В том Яйце Смерть твоя скропостижная!
И разбил Дажьбог Золотое Яйцо –
И упал Кащей Вия грозного сын.

Как разбил Дажьбог Золотое Яйцо –
Раздался голос Рода небесного:
- Из Яйца возникает Великий Огонь!
Наступает Конец Света Белого!

Поднимаются Воды Великие!
Пришло время очистить Землю!
Расступись во все стороны,
Мать Земля! Гнев идет!

Озарил Семаргл царство темное,
Опалил Огонь силы темные.
И тогда побежали к Рипейским горам
Все из царства Семарглом спаленного.

Оставляя дорогу черную,
Шел Семаргл-Огонь по Земле Сырой,
Рассыпался он во все стороны.
Вслед летел Стрибог из-под облака,

Раздувая великое пламя!
Он ревел и выл, как могучий зверь,
Пробегая по кронам деревьев!
И пошли, поползли ко Рипейским горам

Силы грозные, силы темные.
Велес ринулся, Вий - подземельный князь,
Змей – Поддонный Царь, мощный Святогор,
Вслед за ними - Горыни Виевичи.

Расступилась тогда Мать Сыра Земля,
И поднялся из пекла сам Черный Змей,
Полетел Черный Змей ко Рипейским горам,
К самому саду Ирию светлому!

Мать Земля потрясалась от топота,
Помрачилося Солнце Красное,
Вниз на Землю попадали звезды,
И померкнул на небе Месяц.

Тут Свaрог небесный услышал,
Что приблизилась к раю силушка,
И созвал в Ирий-сад он бессмертных богов.
И собрались боги бессмертные,

И садились на троны в Рипейских горах.
Пировали они в светлом Ирии,
А потом им сказал бог небесный Свaрог:
- То разлились не воды вешние,

Силы навские к саду близятся!
Встаньте все на защиту Ирия!
Затрубили тут турие роги:
На защиту Ирия светлого,

На защиту дерева жизни
С золотыми волшебными яблоками
Встали все бессмертные боги.
Вышел бог Семаргл в вихре пламени,

Выезжал в колеснице огненной
Бог Пеpун, метая перуны.
Волком мощным из сада выскочил
Волх сын Змея. Дажьбог Пepунович

На коне верхом в поле выехал.
Выходила и Дива грозная,
Золотые пуская стрелы.
Собралось небесное воинство!

Как сбиралися боги грозные –
Потрясалась Земля от топота,
Из озер вода разливалась.
И сходилися в чистом полюшке

Грудь на грудь две грозные силушки.
Они бились-дрались трое суточек.
Бил Свaрог Змея Черного молотом,
Бог Семаргл сжигал Вия темного,

А Cварожич Пеpун бился с Велесом,
Волх сын Змея сражался с Поддонным царем,
Дива билась с Бурей-Ягою.
Заструилась тут кровь горячая,

Пар пошел струиться под облако,
И разлились кровавые реченьки.
Велес, буйный бог, Землю стал шатать,
Пробудился под ней мощный Юша-Змей –

Мать Сыра Земля всколебалась,
Расплескалося море синее.
Крикнул Велес могучий - и Святогор
Повалил подпирающий небо столб

И смешал Землю Матушку с Небом.
И поднялись Воды Великие!
Видя воды многие лютые,
Испугались могучие боги,

Побежали в горы крутые.
Побежали Горыни Виевичи,
Побежал и великий Велес,
Побежал и Вий подземельный князь

Сын великого Змея Черного.
Как они поднимались в горы –
Превращались в камни горючие.
Наполнялись водою дебри,

Разливались реки широкие,
Поднимались звери к вершинам.
Лютость в кротость тут превратилась,
Страхом сильным она укротилась.

Лев с овцою стояли вместе –
На вершинах гор. Поднимались
На горы люди, побежали туда и звери.
Люди вниз смотрели со страхом,

Как земли вдруг не стало видно –
Все покрыла собой вода…
Все холмы водою скрывались,
Смерти горькой тут предавался - род зверей.

Крик великий все поднимали,
Кверху глас и дух испускали – в злой тот час.
Птицы в синее небо поднялись,
Из последних сил в нем летая - пользы нет!

Птицы падали в шумные воды,
Все тонули, всех скрыли волны - та вода!..
Боги скрылись в великом ковчеге,
Взяв с собою птиц и животных,

Семена всех земных растений.
Род тогда золотою Щукой
Потянул ковчег за собою,
И поплыл ко хребтам Рипейским,

И поплыл к небесному саду.
И ковчег тут остановился,
К круту бережку притулился.
И прошло три тяжелых года.

И тогда Свaрог вместе с Ладой
На себе подняли небесный свод,
А Дажьбог разогнал тучи темные.
Доставать стали боги Землю –

И лицо тут Земли открылось,
И вода под Землею скрылась.
Над зеленой Землей летает
Сам Перун-Орел с Дивой-Лебедью,

Алконост - бог Хоpс, Рарог - бог Семаргл,
Финист Сокол - Волх, птица Матерь Сва.
Вознесли боги Роду славу –
И сошли на Матушку Землю.

Клубок семнадцатый. Откуда пошел русский род; законы Сварога

 - Расскажи, Гамаюн, птица вещая,
О рождении русского рода,
О законах, Свaрогом данных!
- Ничего не скрою, что ведаю…

Как закончился первый свет –
Смыло все грехи со Земли Сырой,
Оживили мир ясный бог Дажьбог
С легкокрылою Живой-Лебедью.

Насадили они - темные леса,
Заселили они синие моря.
В небеса запустили - стаи певчих птиц,
А зверей свирепых в темные леса,

И в моря китов, а в болота змей.
Утвердил Дажьбог в этом мире –
Правь, отделил Дажьбог Явь от Нави.
Стал он богом Прави и Яви.

Приняли Дажьбог с Живой-Лебедью
Золотые венцы свароговы,
И сыграли свадьбу веселую.
И на свадьбу Дажьбога доброго

Собрались небесные боги.
И спросили они невестушку:
- Ты на чем пришла, Жива милая?

- Я на жердочке, на бороздочке,

На овсяном колосочке, на пшеничном пирожочке!
И кружилась Жива Cвароговна:
Правой ручкой махнет – встанет лес и река,
Левой ручкой - летят птицы под облака.

- Пойду ли сад зеленый, выйду ли
В сад зеленый. Далеко ли погляжу –
Горы там высоки, там озера глубоки!
На крутой да на горе поднялся высокий дуб.

А у дуба корни булатные,
Его веточки - все хрустальные,
Его желуди - позлаченые,
Ну а маковка - вся жемчужная.

На ветвях его птицы песнь поют,
В серединушке - пчелы гнезда вьют.
Как под дубом тем Жива и Дажьбог сидят,
Жива и Дажьбог сидят - разговаривают:

- Ах, что это за садок, за зеленый такой!
Ах, что это за цветы, за лазоревые!
Ах, что это за милой, что за ласковый такой!
И пошли у Живы Cвароговны

С молодым Дажьбогом Перуновичем
Скоро дети: князь Кисек, отец Орей.
А отец Орей породил сыновей -
Кия, Щека и Хорива младшего.

Их поила Земун молоком своим,
Колыбель качал бог ветров Стрибог,
Их Семаргл согревал, Хоpс им мир озарял.
Появились у них и внуки,

А потом появились правнуки –
То потомки Дажьбога и Живы
И Роси - русалки прекрасной,
То народ великий и славный,

Племя то по имени - Русь.
Во святом саду, в светлом Ирии,
После трех лет Потопа Великого
С неба падали клещи огненные –

Перед добрым Тархом-Дажьбогом,
Пред родными его сыновьями.
Получил те клещи Cвароговны Праотец Орей –
Стал Орей железо выковывать.

Показал тогда предку Орею
Как ковать мечи Громовик Пеpун.
- Вот мечи вам и стрелы могучие! –
Так сказал ему Громовержец. –

Победим мы этим оружием
Всех врагов Руси!
Восхищен был тогда Праотец Орей
Грозной силой кованья Перунова.

Во святом саду, в светлом Ирии,
После трех лет Потопа Великого
Золотые предметы падали –
Плуг с секирой и чаша глубокая.

Подходил к тем предметам великий Кий,
Поднял Кий золотой, павший с неба плуг,
Стал он плугом землю распахивать.
Подходил к тем предметам премудрый Щек 

Поднял он глубокую чашу,
Наливал он в чашу хмельну сурью,
Приносил он жертвы великим богам.
Брал секиру могучий Хорив –

Стал он воином грозным и князем великим.
Во святом саду, в светлом Ирии,
После трех лет Потопа Великого
Падал с свода небесного камень.

Падал он перед добрым Дажьбогом,
Пред родными его сыновьями.
Был тот камень мал и весьма студен,
И была на Земле тьма великая.

И не смог тот камень никто познать,
И не смог никто от Земли поднять.
Собиралися-соезжалися
К тому камню цари и царевичи,

Также и короли, королевичи,
Собирались волхвы многомудрые.
Собиралися-соезжалися,
Вкруг него рядами рассаживались,

И три дня, и три ночи богов прославляли.
И распался камень на две половины –
Внутри камня была надпись найдена.
Кто же высек ее? Кий - великий князь?

Щек - премудрый волхв? Хорив - воин-князь?
Праотец Орей? Или Тарх Дажьбог?
Высек те слова во плоти Свaрог –
Он узнал их от Рода небесного.

Рек небесный Бог: «Чады вы Мои!
Знайте, ходит Земля мимо Солнца,
Но Мои слова не пройдут мимо вас!
И о древних временах, люди, помните!

О Великом Потопе, истребившем людей,
О паденьи на матушку Землю огня!
Знайте, будут последние годы –
Годы тяжкие и потрусливые!

Скоро будет конец света белого!
Повернется сварожий круг!
Будет день последний! И Солнце во тьме!
И Орел – украшенье небесное

Света вам не даст в утешение!
И сойдут на Землю Cварожичи –
Ужаснутся людские души!
Сокрушенье придет от Рода!

И ослабнет рука у всякого,
И смятутся дети и старцы,
И изменит их лица пламень.
Возмутятся струи морские,

Что гуляют по всей широте земной.
И восстанет тут Дух на Силу –
И Стрибог успокоит море.
Велес двери откроет в Ирий.

Но лишь праведный свет обрящет!
И Свaрог лишь его пропустит!
Дети Рода небесного! Родичи!
Знайте, люди, законы Мои!

Поучение слов Моих слушайте!
Вы потомки Сварога - сварожичи!
Вы, потомки Пеpуна, русалки Роси!
Люди русские, русичи, слушайте!

1. Почитайте друг друга, [2.] сын - мать и отца,
3. Муж с женою живите в согласии.
4. За едину жену должен муж посягать –
А иначе спасения вам не узнать!

5. Убегайте от Кривды и следуйте Правде,
6. Чтите род свой и [7.] Рода небесного.
8. Почитайте три дня в неделе вы–
Среду, пятницу и воскресение.

8. Почитайте великие праздники.
8.1 В среду Велес с Бурей Ягой совещались,
Как им встретить Дажьбога Пepуновича,
Когда он за коровами следовал

8.2 Совещалися в среду с Мареной Кащей,
Как убить им Дажьбога Пepуновича.
8.3 Сам Пеpун с Росью встретился в пятницу,
И родился великий и славный Дажьбог.

8.4 Также в пятницу был пригвожден он Мареной
И повешен на скалы в Кавказских горах.
8.5 Также в пятницу Макошью-матушкой
Был предсказан Дажьбогу Великий Потоп.

Потому подобает поститься всем людям
8.1.1-8.2.1 Среду каждую, [8.3.1-8.5.1] каждую пятницу.
8.6 В воскресенье Дажьбога Жива-Лебедь спасала,
Оживляла водой и сняла со скалы.

И на крыльях своих лебединых подняла,
Унесла в Ирий-сад ко Рипейским горам.
Если кто в воскресенье работает –
То не будет ему прибытка,

Ни по жребию, ни по таланту
Во другие шесть дней – без изъяна.
День седьмой человекам, скотам и рабам –
На покой дан, на отдых телесный.

Друг ко другу ходите,
Друга дружку любите,
Будет радостно вам –
Пойте песни богам.

9.1 Почитайте великий пост,
От сожженья Марены и до свадьбы Живы.
Берегитесь люди в это время Кривды,
Сохраняйте строго от съеденья чрево,

Руки от сграбления, от хулы уста.
9.2 Почитайте яйца в честь яйца Кащея,
Что разбил Дажьбог наш, вызвав тем Потоп.
Коль не будете заповедь слушать –

Я раскрою небесные своды,
И спущу горящие камни,
И пролью кипящую воду!
И пролью из небесной кузницы

Я расплавленное железо!
Оком солнечным реки, моря иссушу,
И болота тогда возгорятся,
Ручейки тогда приусохнут!

Загорится тогда Мать Сыра Земля –
От восхода до самого запада,
От полудня гореть будет до ночи.
Загорятся и горы с раздольями,

Загорятся и лесушки темные!
И пролью я воду небесную,
И сошлю на Матушку Землю Потоп,
И водою вымою Землю я,

Как скорлупку яичную,
Как девицу и вдовушку.
Разольются реки, расшумится море,
И Потоп Великий скроет Землю Мать!

Приклонюсь к Земле я –
И не слышно будет горького рыданья!
9.3 Почитайте страстную неделю –
Как скорбел Дажьбог от распятья

До спасения Лебедью-Живой,
Так и вы скорбите смиренно.
И не пейте питья хмельного,
Не скажите бранного слова.

От тех бранных слов Лада-матушка
На Рипейских горах встрепенется,
Запекутся кровью ее уста.
Коль не Ладушка - ваша заступница,

То давно бы я погубил людей!
Вы ликуйте: - Спасен светлый бог Дажьбог!
К нам идет Весна, Жива-матушка!
Коль не будете заповедь слушать –

Сотворю вам медное Небо,
Сотворю железную Землю.
И от медного Неба росы не воздам,
И плода от Земли не дарую!

Поморю всех голодом я на Земле,
Все колодцы у вас приусохнут,
И запасы у вас оскудеют.
Погублю рабов и скотинушку,

И не сможет носить вол свое ярмо!
И не дам вам дождя, и не дам вам тепла.
И не будет тогда на земле травы,
На деревьях не будет тогда коры.

Птиц не будет, летящих по воздуху,
И зверей, тех, что по лесу рыскают.
Опустеет тогда Мать Сыра Земля!
9.4 Почитайте купальские дни.

Вспоминайте победу перунову,
Как Пеpун победил зверя Скипера,
Как сестрам своим он свободу дал,
Как очистил их в водах Ирия.

9.5 Почитайте вы также Перунов день.
9.5.1 Как Пеpун в четверг к Диве сватался,
9.5.2 Как Пеpун Морского царя победил
9.5.3 И с небес низверг буйна Велеса,

9.6 Вспоминайте и свадьбу перунову!
Чады вы мои! Если вы сей закон
Не возлюбите, коль не будете
Праздновать праздники

И поститься в посты не станете,
Напущу на вас гром и молнию,
Глад, и град, и тьму непроглядную!
9.7 После жатвы вы вспоминайте

Об успении Златогорки,
9.8 Почитайте день Волха Змеевича,
Сына Индрика, Ясна Сокола.
9.9 Почитайте день Макоши-матушки,

Пресвятой и великой матери.
9.10 Почитайте и день Дажьбога –
9.10.1 Вспоминайте его женитьбу,
Как женился он на Марене,

9.10.2 Как украл Марену коварный Кащей.
Чады вы мои! Рождены вы Дажьбогом и Родом!
Кости взяты от твердого камня,
От Сырой Земли Матушки – тело,

Кровь-руда от Черного моря,
А дыхание ваше от ветра.
Ваши очи взяты от Солнца,
Мысли ваши - от облака взяты.

Как по синему небу проносятся тучи,
Так и в вас проносятся легкие мысли,
И за добрыми мыслями - следуют злые

Ваша первая мать - Лада-Матушка,

Мать небесная, богородица,
А вторая мать - Мать Сыра Земля.
Третья мать - что мучилась в родах.
Если матушка Лада вас не возлюбит,

Ничего на Земле Сырой не родится,
И ни скот, ни птица, ни дерево.
Человеку тогда на Земле не жить!
Если матушка Лада поможет,

То Земля воздаст, и накормит вас,
Тварь любая живою родится,
Скот, и птица, и всякое дерево.
Будет жить тогда человек!

Чады вы мои! Если вы Мой закон не возлюбите,
И не будете праздновать праздники,
И поститься в посты не станете,
Напущу на вас градобитие,

Напущу и морозы лютые,
И Земли Сырой потрясения,
И огонь палящ, и великий мор
На людей, скотину и ваших птиц.

Напущу свирепых зверей на вас
И чудовищ из царства пекельного!
И придут от Черного моря
Звери страшные, звери лютые,

Волоса у них - до Сырой Земли,
А на лапах у них когти острые.
Поедят они вашу скотинушку,
Всех волов и коров, что пасутся в горах!

Если вы не уйдете от Кривды –
Напущу я великие казни,
И войною поднимется царь на царя,
И восстанет отец на сына,

На отца - сын, и брат на брата,
И сосед пойдет на соседа –
И начнется кровопролитье.
Невеселая встанет година,

И поднимется птица Обида,
Вступит девой на матушку Землю,
Лебедиными крыльями всплещет
И прогонит годы обилья.

Вы начнете ковать крамолу,
И про малое молвить - большое!
Говорить: се - мое, то - мое же!
И придут языци неверные

И прольют они вашу кровушку
За неправду и беззаконие.
Я на вас напущу стаи черных птиц,
У которых клювы железные,

И начнут те птицы летать, клевать.
Вы нигде от птиц тех не скроетесь!
Поспешите вы на могилы –
Ко усопшим своим родителям,

И попросите их, чтоб пустили вас –
Вас не пустят к себе усопшие!
Кто сему посланью не верит,
Тот, кто скажет, что текст сей ложен –

Тот получит вечную муку,
И в конце жизни - смерть ужасную,
А не в Ирии жизнь счастливую.
Чады вы Мои! Кто все эти законы возлюбит,

Будет Рода небесного славить,
Станет толком слова толковать Мои –
От того отойдут все несчастия –
Он наследник небесного Ирия!

10. Веруйте в Рода, в Сварога, в три лика его –
Пеpуна, Дажьбога, Стрибога!
Возжигайте огонь Семаргла!
Ныне и присно, и от века до века».